Зуев Алексей Александрович - 7 10 - игроки 2006 - clubspartak.ru

-Казалось, с женой-то у вас полное взаимопонимание.

- Так оно и было - до какого-то момента. Я очень ей благодарен, не бросила в трудную минуту. Но оставаться в семье только из чувства благодарности? Я человеку больше не могу давать тепло. Ласку и любовь. В душе пусто. И ужасно то, что ребенок был свидетелем наших ссор и ругани.

-Часто ссорились?

- Последнее время - очень.

-Вопрос не в больших деньгах, которые вы перестали получать?

- Точно не в них. Правда, пока играл в "Спартаке", жена многое терпела и на многое закрывала глаза. Потом сказала: "Я девять лет жила по твоим правилам - теперь давай-ка жить по моим". Такого не будет никогда. Ухожу в тренажерный зал, провожу там три часа. Возвращаюсь - и слышу: "Ты с девчонками развлекался!" "Дай, - говорю, - покушать". - "Там ешь, откуда пришел..."

-Есть сейчас интерес со стороны клубов?

- Да какой может быть интерес, когда я на автомойке еще недавно пистолетом размахивал? Люди боятся. Да, я был сумасшедшим, в состоянии психоза. Мало кто понимает, что затмение сознания тоже лечится. Нынче все в прошлом. Повторения не будет. Но люди читают газеты - а там мои подвиги во всей красе расписаны. Они думают: "Зачем нам дурачок в команде? Своих навалом".

-Агент ваш варианты не ищет?

- Разбежались мы с агентом. Даже не созваниваемся. Хотя в ситуации со "Спартаком" он мне помогал.

-Тоже испугался?

Алексей Зуев вратарь Спартака- Он-то - едва ли. В гости ко мне приезжал, когда это творилось. Приходил в клуб, просил помочь... Сейчас, когда вспоминаю, как я себя вел, встречаясь с Черчесовым или Шавло, оторопь берет. Тогда у меня в "Спартаке" была самая низкая зарплата - 10 тысяч долларов. И вот завел разговор на эту тему с Черчесовым, он был еще спортивным директором. Спрашивает: "Сколько хочешь?" - "Двадцать тысяч". - "Нет, - отвечает, - таких денег ты здесь получать не будешь". И я разгневался.

- Как?

- "Почему не буду? Потому что вы в свое время таких не получали? Если я не нужен - найдите мне команду!" В другой раз пришел в клуб. Заглянул в комнату, где сидели Черчесов и Шавло: "Мне надо поднять зарплату, потому что за моей спиной святые. Они будут помогать".

-А что Черчесов?

- Не смутился. Показывает пальцем вверх: "Леша, я там был!" А я в ответ указал вниз: "Станислав Саламович, вы были не там, а вот там..." Занятный разговор?

-Весьма.

- Но это еще не все. Черчесов продолжил: "За моей спиной тоже святые". Отвечаю: "За вашей спиной я никого не вижу". Могли они догадаться, что я болен, - после таких-то бесед?

-Вы в кабинет Шавло однажды явились с пистолетом и Библией. Помните?

- Что с пистолетом к нему не приходил - это точно. И Библии у меня с собой не было. Был Молитвослов. Положил Шавло на стол, говорю: "Можно, здесь полежит?" - "Можно". Я не сомневался: если стану основным вратарем, "Спартак" выйдет в чемпионы. Это и пытался ему растолковать.

-Вы же не только к Черчесову и Шавло приходили. Еще и к Федотову.

- Да, пришел, достал иконку из кармана. Поставил напротив Федотова, сам рухнул на колени: "Владимир Григорьевич, давайте помолимся". Начал читать молитву. Я к Григорьичу нормально отношусь. Он был заложником ситуации. Уверен, что он-то пытался мне помочь. Просто к нему в "Спартаке" не прислушивались. Очень добрый человек. Правда, некоторые его поступки я не понимал.

-Какие?

- Собрался костяк команды во главе с Ковалевски. Решили, что пойдем за Федотова до конца, если того будут убирать. Вплоть до забастовки. Мы сами к нему подходили: "Григорьич, делайте, как считаете нужным. Никого не бойтесь. Мы вас отстоим". А потом начали "душить" Войцеха - и никто ему не помог. В первую очередь - Федотов.

-Как-то на турецком сборе вы сказали Федотову: "Если завтра не улечу в Москву - умру, мне здешний климат не подходит"...

- Климат был ни при чем. Всю зиму ходили слухи, что в "Спартаке" появится новый голкипер. То итальянец Амелиа, то еще кто-то. Спрашиваю Федотова: "Я-то нужен команде?" В ответ слышу: "Не знаю". Это повторялось несколько раз. Затем Федотов вдруг говорит: "Леш, такая ситуация, что могу вовсе без вратарей остаться". На следующий день подхожу к нему: "Григорьич, вы как в воду глядели - одного вратаря у вас уже нет. Мне надо отсюда уезжать. Климат местный не подходит". Хотя на самом деле меня просто доконала неопределенность.

-Самый тяжелый период в вашей жизни?

- Два года назад. Началось с того, что семь месяцев я лечился от вирусной инфекции. Когда сдал анализы и выяснилось, что все порядке, - на радостях запил. Ведь во время лечения алкоголь был под запретом. В тот момент много мне и не надо было - уносило с двух рюмок. Потому что из организма сильнодействующие препараты еще не вышли. Плюс сказалось нервное напряжение в Лиге чемпионов. Когда сезон сидишь на скамейке, а потом получаешь шанс в решающих матчах Лиги - психологически очень трудно. После этого меня и закрутило.

Когда выписывался из больницы, весил 105 килограммов. Следующие четыре месяца превратились в кошмар. Не дай бог никому через это пройти. Такая накатила апатия, что жить не хотелось. Я подходил к окну, смотрел вниз и думал: прыгнуть, что ли? Останавливала только мысль о дочке. Я понимал: умирать мне нельзя. Хотя организм был настолько истощен, что я стал уже ждать смерти. Двадцать суток вообще не мог заснуть! Представляете, что это такое - почти три недели без сна?! Уехал на дачу под Тулу - надеялся там справиться с бессонницей. Ничего не помогало. Ночь ворочаешься, не смыкаешь глаз. Потом осознаешь, что уже утро, встали родители, а ты так и не спал. Закрываешь ставни и лежишь на кровати пластом целый день. Родители переживали, мама плакала... Сам поражаюсь, как выкарабкался из этой тоски.

* * *

-За время простоя сильно потеряли во вратарском смысле?

- Естественно. Если человек два года к постели прикован - потом придется заново учиться ходить. Но будет правильная подготовка - стану прежним. Этот сезон отыграл в любительской команде, подольском "Авангарде". К сожалению, там нет тренера вратарей. Мы созванивались с Юрием Перескоковым, он составил мне целую программу подготовки. Однако человек всегда себя жалеет. Вот если б надо мной стоял тренер и говорил: "Делать нужно так!" - я бы все исполнял. Через не могу. А заставить самого себя сложнее.

-Стоит вам оказаться в большой команде - все вернется?

- Сто процентов! 27 лет - для вратаря не возраст.

-На что теперь живете?

- В "Авангарде" платят зарплату. Небольшую.

-Тысячи две долларов?

- Около того.

-Квартиру снимаете?

- Нет. Живу где придется. Последнее время - у девушки. Она меня понимает. Говорит, что любит. Наверное, такими словами не бросаются - я ей верю.

-Сколько вам требуется в месяц, чтоб нормально себя чувствовать?

- Есть такая песня: "Мне в этой жизни ничего не надо, отдам, что есть, и то, что накоплю..." И мне ничего не надо. Лишь обеспечить дочку и любимую девушку. Родители без работы, живут на пенсию. Друзья мне помогают. Я благодарен "Спартаку" не за то, что человека из меня сделал, а за то, что у меня появились потрясающие друзья. Войцех, Калина, Бояра, Быстрый...

-Один человек наверняка выделяется даже из этого ряда.

- Сильно выделяется. Ковалевски. Этот человек мне очень дорог.

-Чем он особенный?

- Не прогибался. Всегда стоял за правду, ничего не боялся. Он ведь принес себя в жертву - чтоб другим было лучше. Правда, никому лучше не стало. Как жили все в "Спартаке" со страхом, так и живут.

-Егор Титов говорил нам недавно: "В "Спартаке" Романцева Войцех не продержался бы и двух дней. Раз стукнул бы кулаком по столу - сразу отправили бы из Тарасовки".

- Скорее всего, так оно и было бы. Но Ковалевски не привык поступать по-другому. Он не мог спокойно смотреть на то, что происходило. Все делалось, чтоб разладить коллектив, расколоть на части. Войцех остался в этой ситуации человеком. А тот же Титов мог многое сказать и сделать в критические моменты. Но запомнился в "Спартаке" всего-навсего игроком высокого уровня. Человеческих качеств не хватало.

-Разве можно ставить в упрек бесконфликтность?

- Титов уже не мальчишка, должны быть какие-то жизненные принципы... Я, например, пойду за друга до конца. Иначе буду чувствовать себя подлецом. Вот история. Когда только начали "душить" Войцеха, он позвонил: "Зуй, кажется, скоро будем прощаться. Меня хотят выгонять". Я сел на кухне, обхватил голову. Потом обернулся к жене: "Света, я не знаю, на что мы скоро будем жить. Но если не пойду за этого человека - себя перестану уважать". Перезвонил Войцеху: "Я с тобой до конца". У нас, вратарей, тогда созрела идея - если Ковалевски уберут, мы все откажемся выходить на игры.

-Ковалевски не слабее Плетикосы?

Алексей Зуев вратарь Спартака- Сильнее. Войцех тренировался как одержимый. Всех выпроваживал с поля, оставался наедине с одним бьющим - и пахал. Как-то мы с Ковалевски чуть не подрались. Я случайно на него упал во время упражнения, Войцех озлобился. Вскоре специально въехал в меня ногами. После тренировки в бане говорю ему: никогда я не ударю нарочно. И ты напрасно так реагируешь. Стали друзьями.

-Когда созванивались последний раз?

- Неделю назад. Он сейчас в Греции играет, в декабре с Бояринцевым поедем к нему в гости.

-Первак упрекал вас: не смогли, мол, создать конкуренцию Ковалевски. Говорил: "Слава богу, мы купили Хомича. С Зуевым за спиной заснуть можно".

- Когда заходил в кабинет к Перваку он в лицо мне повторял - дескать, ты не вратарь. Но Первак - не тот специалист, чье мнение может меня ранить. Одно дело, слышать такие речи от профессионала. И совсем другое - от человека, который мало что смыслит в футболе. Первак от него был очень далек.

-Гендиректор на любого мог наорать?

- У него были любимчики. Видич, которого он лично привез из Белграда. Хорошо относился к Титову.

-Один хоккейный тренер, приняв новый клуб, поразился: "На команду - четыре стукача. Это много. Двух вполне достаточно".

- Некоторые люди в "Спартаке" слишком близко общались с руководством. "Стучали", сами того не подозревая. Но целенаправленно никто не докладывал. Не все так плохо было в команде. Правда, один человечек вызывал у меня подозрения. Я после матча выпил, кое-что натворил. Этот парень все знал. На следующий день меня отправили в дубль перевоспитываться.

-Не объясняя причин?

- Причины перевода в дубль объясняют тому, у кого агент европейского уровня. И зарплата - полтора миллиона евро в год. А меня "Спартак" на улице подобрал. Не нравится - скатертью дорога.