Филипенко Егор Всеволодович - 6 7 - Сборная игроков - clubspartak.ru

Филипенко: «Если бы я сейчас оказался в «Спартаке», то все сложилось бы совсем по-другому»

Экс-защитник «Спартака» Егор Филипенко, признанный лучшим игроком обороны чемпионата Белоруссии, сейчас выступает за испанскую «Малагу». Еженедельник «Футбол» навестил игрока белорусской сборной в Испании и обсудил с ним дружбу с Артемом Дзюбой, танцы под Майкла Джексона, знаки Зорро и особенности употребления алкогольной продукции.

Филипенко Егор футболист Спартака

Лучший танцор Тарасовки

– Егор, когда я в прошлый раз встречался для интервью с футболистом «Малаги», это был Овусу-Абейе Квинси. Помните такого?

– Такое не забывается! В «Спартаке» мы совсем недолго пересекались с Квинси, но он успел произвести впечатление. Очень веселый парень! И танцует хорошо.

– И где же вы с ним танцевали?

– Танцевал только он, я был зрителем. В раздевалке «Спартака» это шоу происходило.

– Как лезгинка после побед?

– Нет, он еще перед матчами пускался в пляс. Исполнял для команды «лунную походку» под песни Майкла Джексона.

– Как Майкл Джексон мог быть включен в предматчевый саундтрек «Спартака»?

– Да сам же Квинси песню и включил. Каждый футболист тогда добавлял по одному-два трека к списку песен, звучавших в раздевалке.

– Никто в команде не горел желанием присоединиться к Квинси в танце?

– Нет, не находилось таких смельчаков.

– Игравшие в России иностранные футболисты часто говорят, что их очень удивляет угрюмость отечественных игроков. Дескать, после поражений российские футболисты переживают по несколько дней, тогда как испанцы даже после самых провальных матчей быстро начинают снова улыбаться и веселиться. Замечали такое?

– Разница в менталитетах очевидна, но тут все зависит от характера конкретного человека. Я не особенно замечал, чтобы в России все прямо-таки убивались из-за поражений. Сразу после игры люди выглядят расстроенными, но уже на другой день идут работа и концентрация на следующем матче. То же самое тут. Вот когда мы вылетели из Кубка, проиграв «Атлетику»… Я не летал в Бильбао на ответную игру и не видел, что там происходило в раздевалке, но на следующий день на утренней тренировке ребята по-прежнему выглядели очень расстроенными, переживали из-за поражения. Всем было обидно, потому что мы упустили очень хороший шанс дойти до финала и побороться за трофей. Если бы прошли «Атлетик», то играли бы в полуфинале с «Эспаньолом». В общем, финал турнира был близок, так что расстроились все в команде очень прилично из-за поражения в Бильбао.

Филипенко Егор БАТЭ

Дебют против «Леванте»

– Несколько матчей подряд вы не попадали в заявку…

– Пока мне тяжеловато попадать в число первых 18 игроков. Сейчас восстановились от травм все центральные защитники, и среди них я оказываюсь пятым. После объявления заявки на очередной матч ко мне специально подошел главный тренер и сказал: «Не переживай, тебе нужно время для адаптации, все идет хорошо, учи язык, продолжай так же работать на тренировках, и все будет хорошо».

– Как вы понимали тренера?

– А он на английском говорил.

– Большинство испанцев довольно плохо знают английский язык.

– Тренер изъяснялся простыми фразами, которые всем известны и понятны: don’t worry, everything is OK. Говорил: «Я вижу, как ты работаешь на тренировках». Я и сам все понимаю: было бы странно приехать из чемпионата Белоруссии и с ходу начать играть в таком топовом чемпионате, как испанский. Но раз я сюда попал, то мое дело – доказывать, грызть землю, цепляться за этот шанс.

– В интервью белорусской газете вы отмечали, что «в Испании все матчи важные – словно на другой планете нахожусь». А что, в чемпионате России, например, бывают прямо проходные матчи?

– Не знаю, я давно там не был. Но когда лидер, то есть «Зенит», играет против… Я не хочу никого обидеть. Допустим, «Арсенал». Так вот, если «Зенит» играет с «Арсеналом», то вряд ли, ведь это суперважная игра для «Зенита». В «Малаге» же такого нет – у нас в календаре отсутствуют матчи с меньшим уровнем мотивации. Хотя, наверное, и в Испании бывают проходные матчи – когда «Реал» играет дома с каким-нибудь аутсайдером. Но у «Малаги» класс не такой, как у «Реала» или «Барсы», и для нас все матчи тяжелые. Даже с тем же «Леванте», который идет в зоне вылета, была очень сложная игра на Кубок. Даже после того как мы выиграли у «Леванте» первый, домашний, матч 2:0 и затем вели 2:0 в гостях и чуть-чуть расслабились, то сразу же пропустили три гола, проиграв в итоге 2:3.

– Вы как раз вышли в этой игре на замену при счете 2:0 за 25 минут до финального свистка… Почему вас выпустили – скорее из-за отсутствия в заявке сразу двух других центральных защитников или потому что победа по сумме двух матчей уже была практически обеспечена и было не страшно выпускать дебютанта?

– Я думаю, благодаря совпадению этих двух факторов. Дали почувствовать новичку уровень испанского футбола.

– И как?

– Как – тяжело! Очень тяжело было. На тот момент я тренировался с «Малагой» всего одну неделю, толком еще не освоился. Плюс ко всему – я же только из отпуска приехал… Вышел на поле – и вообще не понимал, куда попал. И это был матч всего лишь против «Леванте», а они оказались командой, играющей очень быстро и классно. Мне было очень тяжело.

– Один из трех пропущенных голов…

– Да-да-да, понимаю, о чем вы.

– Если называть вещи своими именами, то Барраль перед голом обыграл вас один в один, поставив на колени в самом прямом смысле этого выражения.

– Да, не очень круто для меня вышло. Что могу сказать: трудно выходить, когда давно не было игровой практики.

Филипенко игрок Спартака

Совет Александра Глеба

– В бытность футболистом «Спартака» вы говорили, что в будущем хотите поиграть в чемпионате Италии или Германии. То есть Ла Лигой вы не сильно грезили?

– Нет, желание играть в Испании было ничуть не меньше. Попасть сюда – это мечта! Скорее я называл Италию и Германию просто потому, что они были больше на слуху. Футболисты из Белоруссии и России как-то чаще уезжали в Бундеслигу и Серию А, чем в Примеру. До меня вообще не было ни единого трансфера из Белоруссии в Испанию.

– Но до вас в Примере успели поиграть три белоруса – Зыгмантович в «Расинге», Гуренко в «Сарагосе» и Глеб в «Барселоне». Не так уж и мало для Белоруссии!

– Мне кажется, это очень мало. Всего лишь трое.

– Общались с кем-нибудь из них об испанском опыте?

– Только с Сашей Глебом. Он позвонил, поздравил с переходом. Сказал: «Это круто! Старайся». Все-таки испанский чемпионат – это совсем другой уровень игры. Единственный совет, который мне дал Глеб, – это учить язык. Саша говорил: «Ты можешь быть сильнее кого-то, но ты не будешь играть, если не знаешь языка, вот и все». Так что языком я сразу занялся со всей серьезностью. Четыре занятия в неделю, каждое по два часа.

– Какое самое странное слово выучили? У меня, например, первым выученным испанским словом после переезда в страну стало «штопор».

– Нет, я таких слов еще не учил!

– В Барселоне Глеба всегда приводят в пример, когда говорят о людях, проваливших адаптацию в стране. Сам-то он как раз так и не выучил толком язык, игнорировал общекомандные мероприятия, позиционировал себя суперзвездой рядом с Месси, Хави и Иньестой, хватал за грудки Гвардиолу, требуя ставить его в стартовый состав…

– Я отмечу, Глеб переходил в «Барсу», будучи реально звездой. Играя в лондонском «Арсенале», он входит в топ-10 лучших игроков Европы на своей позиции. По крайней мере, на мой взгляд. В «Арсенале» Глеб творил невероятные вещи, он был богом! А что касается его времени в «Барселоне», мы обсуждали с Сашей этот вопрос, и он сам признает, что совершил ошибку. Он привык иметь постоянное место в составе даже в таком топ-клубе, как «Арсенал», а тут он перешел в другую команду и постоянно не играет. Глеб не смог с этим смириться. От расстройства он и начал неправильно себя вести в отдельных моментах, как он сам говорит. Но время назад не вернешь.

– Глеб сильно расстроен тем, что у него не сложилось в «Барсе»?

– Сожаление есть, конечно.

Филипенко игрок Спартака

Очоа, шейх и Зорро

– Вы уверены, что сможете сохранять спокойствие, если останетесь без игровой практики на несколько месяцев?

– Конечно, мне не хочется сидеть на лавке, но я отчетливо понимаю, куда попал. Нужно реально смотреть на вещи и оценивать ситуацию. Совсем прямо отчаиваться не стану – буду стараться доказывать свое право играть на тренировках.

– В «Малаге» есть очень показательный пример – Гильермо Очоа, который перешел в команду в статусе звезды чемпионата мира, но не играет и несчастен тут.

– Не знаю, счастлив он или несчастлив. Но ему дают играть в кубковых матчах. А в чемпионате в воротах всегда Карлос Камени, да.

– Откройте секрет: как Очоа выглядит на тренировках?

– Он в полном порядке. Видно, что это очень классный вратарь. Собственно, Очоа доказывал это и в кубковых матчах, он не раз выручал команду в сложнейших моментах.

– Неужели Камени сильнее его?

– Я не тренер по вратарям, мне тяжело оценивать. Но у меня, если честно, сложилось впечатление, что оба они – вратари топ-уровня. Наверное, раз играет Камени, то на это есть причины.

– Что можете рассказать о владельце «Малаги» – шейхе Аль-Тани?

– Я ничего толком не слышал о нем. Знаю только, что на матчи «Малаги» очень часто ходит актер, который играл Зорро. Как же его зовут…

– Антонио Бандерас.

– Да, точно. Он же родом из Малаги. Бандерас – большой фанат клуба, постоянно поддерживает «Малагу» на стадионе.

– Хотите с ним познакомиться?

– А я уже успел! Еще до подписания контракта был представлен Бандерасу. У «Малаги» была домашняя игра, меня подвели к нему, нас познакомили.

– И как вам Бандерас?

– Приятный человек. Но по телевизору он помощнее смотрится.

– В детстве вы болели за «Барсу» или за «Мадрид»?

– За «Реал». Даже не могу объяснить, почему, но в Испании симпатизировал «Реалу» постоянно. Возможно, потому что мне очень нравился Роберто Карлос. Жаль, что в России мы с ним не пересеклись.

– Кенни Далглиш как-то сказал, что не представляет, как могут спать защитники, зная, что на следующий день им предстоит играть против Месси, Неймара и Луиса Суареса. Вы как?

– А-ха-ха! Да я играл против «Барселоны» в Лиге чемпионов и, поверьте мне, спал прекрасно!

– Но тогда не было Неймара и Луиса Суареса!

– Как говорится, волков бояться – в лес не ходить. Играть против таких классных футболистов – это огромное удовольствие вне зависимости от того, как в итоге закончится матч. Все же понимают, что «Барса» и «Реал» – это несколько иной уровень.

Филипенко игрок Спартака

Лучший друг – Дзюба

– Давайте вспомним ваше время в «Спартаке». Многие считают, что вы попали в московский клуб в слишком юном возрасте, когда были еще не готовы к игре за «Спартак».

– Я тоже пришел к такому выводу. Может быть, если бы я сейчас, в 26 лет, оказался в «Спартаке», то все сложилось бы совсем по-другому. Но время не вернуть. Тогда я был молодой и не смог справиться с конкуренцией. Когда надо было потерпеть и работать, я вместо этого занимался ерундой.

– То есть?

– Снизил к себе требования. Не полностью выкладывался на тренировках. Просто я видел, что тренер на меня не рассчитывает, и это сильно снижало мою мотивацию.

– Вы выглядели как отшельник, когда перешли в «Спартак».

– Да, поначалу вечно ходил один, ни с кем не общался. Никак не складывалось общение. Только к своему третьему сбору в составе «Спартака» я начал хоть как-то вливаться в коллектив.

– С кем начали общаться?

– С Артемом Дзюбой, с Ванькой Комиссаровым. Когда «Спартак» недавно проводил сборы в Марбелье, я подъехал к последнему товарищескому матчу, но провел там очень мало времени. Сразу забрал к себе в машину Дзюбу и поехали.

– Получается, что это произошло в тот самый день, когда Леонид Федун объявил, что контракт Дзюбы со «Спартаком» не будет продлен. Как у Дзюбы было настроение?

– В порядке. Все хорошо у него.

– Сказал тогда про «Зенит»?

– Вообще не говорили о футболе. Ну разве что в начале Артем спросил, как у меня дела в «Малаге».

– Какой ваш матч за «Спартак» выдался самым памятным?

– Наверное, первый. Тогда мы выиграли 3:0 у «Рубина».

– Какие воспоминания остались о спартаковских тренерах?

– Ну, не то чтобы я сидел и прямо их вспоминал. Но о Станиславе Саламовиче Черчесове в памяти осталось только лучшее. При нем у меня все хорошо в «Спартаке» складывалось.

– В «Мальорке» многие были очень удивлены высокомерностью Валерия Карпина. В России он был таким же?

– У всех тренеров свой стиль работы, который мало зависит от страны пребывания.

– Стиль работы Карпина создавал дискомфорт в «Спартаке»?

– Я бы не хотел тут вдаваться в детали. Кто я такой, чтобы судить о тренерах?

– А что насчет тренера Виктора Гончаренко, уволенного из «Кубани» за мягкость?

– В БАТЭ он не был мягким, это сто процентов. Когда надо было, он пихал, и очень серьезно. Я не понимаю, что это за определение такое – «мягкий тренер»? Он может быть мягким и каким угодно, но если команда решает поставленную перед ней задачу, то неужели имеют значение мягкость или твердость?

Филипенко игрок Спартака

Трактора и виски

– Когда-нибудь бывали на Борисовском заводе автотракторного электрооборудования, имя которого носит команда БАТЭ?

– Внутри – нет. Я знаю, где находится завод, часто проезжал мимо. Единственный раз, когда я заезжал на завод, то был там только в кабинете у Анатолия Анатольевича Капского (гендиректор завода и председатель правления ФК БАТЭ. – Ред.). Ближе к тракторам я не подбирался, в цеху справляются и без меня.

– Провожая вас из БАТЭ в «Малагу», Капский сказал, что Филипенко – бесшабашный и загульный, но не пропил ни голову, ни здоровье. То есть вы все-таки пытались?

– Наверное, тут имелось в виду, что когда у нас в БАТЭ были большие победы, такие как выход в групповой этап Лиги чемпионов и победы в группе, то я всегда собирал команду и мы вместе шли и праздновали эти победы. Ну и плюс я никогда не скрывал, что вечером после игры, если на следующий день выходной, я могу пойти в бар выпить бокал пива и зайти потом в ночной клуб. Видимо, это и имелось в виду. Но я никогда не позволял себе лишнего. Когда идут сборы или на следующий день предстоит тренировка, то я никогда не нарушаю режим.

– Зато вы нарушаете стереотип, что спортсмен должен отказываться от алкоголя, ну или хотя бы не пить много.

– У каждого свое мнение. Что значит «много пить»? Если имеется в виду напиться вдрызг, ходить и блевать, образно говоря, то тут я соглашусь – такое спортсмену ни к чему. Но если выпить в пределах разумного в ночь перед выходным днем, то в этом я не вижу ничего плохого. Хоть даже если до утра быть в ночном клубе. Надо понимать, что спортсмены – такие же люди, как и все остальные, им тоже иногда нужен отдых. Главное – знать меру и позволять себе расслабляться только перед выходными днями. У всех же людей есть выходные, у большинства – по два выходных в неделю. У футболистов же – не больше одного, как правило. Так почему бы в этот единственный выходной за неделю не пойти куда-то и не расслабиться? Ничего страшного в этом нет.

– Что из напитков предпочитаете?

– Пиво или виски.

– Виски с колой?

– Нет, что вы! С колой не пью виски. Разбавляю яблочным соком.

Автор: "Советский спорт. Футбол" 24.04.2015.

Егор Филипенко – о «Спартаке», Гончаренко, «Арсенале» и «Баварии»

«Уткин мочил БАТЭ, а я угорал. На комиков не дуются». Чудо из Беларуси

Егор Филипенко – об исторической победе над «Арсеналом», проблемах в «Спартаке», «страшном» Гончаренко и немного о наших с вами «сортирах».

В тот момент, когда часть Россия восторгалась сносной нулевой ничьей «Краснодара» с «Байером», скромный БАТЭ с девятью белорусами в основе творил очередное европейское чудо – просто побеждал «Арсенал» Унаи Эмери. Одним из главных лиц сухой победы стал уже легендарный воспитанник клуба Егор Филипенко – защитник, на которого всегда возлагали большие надежды.

Большой футбол для него открыл Виктор Гончаренко: переводил из академии в дубль, из дубля в основу, а затем жёстко воспитывал.

В «Спартак» Филипенко брал лично Черчесов, сразу доверив 19-летнему белорусу место в основе.

Егор стал редким защитником, поигравшим хоть и за «Малагу», но в топ-чемпионате.

В этом интервью будет много о непростых реалиях жизни в России и Беларуси, но начнём, конечно, с «Арсенала».

— Про фотки с бургером будете спрашивать, да? – смеётся Филипенко. Утром после матча БАТЭ улетел в Лондон, где и будет готовиться к ответной игре. – Кажется, это дело рук английских корреспондентов. Может, они расстроились? Вроде могли бы подойти, пообщаться, а так из-за спины всё сделали. Вот только не могу понять, что за ажиотаж: ну, бутерброды футболисты едят. И что?

Егор Филипенко БАТЭ, после победы над Арсеналом

— Легенда такая: клуб БАТЭ настолько скромный, что празднует победу над «Арсеналом» в фастфуд-заведении.
— Ага, собрались после матча – и пошли за бутербродами. Нет, конечно. На самом деле, никто никуда не ходил, не пил и не веселился – покинув «Борисов-арену» в полночь, все разъехались по домам, потому что в 7 утра надо было выезжать в аэропорт для вылета в Лондон. Все вскочили в такую рань, еле собрались, толком не успели позавтракать. И это же не наша вина, что в аэропорту Минска из еды особо нет ничего нормального и полезного — вот ребята и взяли по бургеру, стаканчику кофе, кто-то минералку.

— Слабенько для такой победы.
— Эмоции уже не такие, как после «Баварии» в Лиге чемпионов, например. Тогда всё было как в первый раз. Но 1:0 с «Арсеналом» — тоже исторический успех, всё-таки топ-клуб обыграли. Такие игры редко в жизни бывают.

— Вы ведь понимали, за счёт чего будете их выносить?
— Сейчас могу сказать: «Благодаря тренерским идеям, самоотдаче» – это всё будет правдой. Но, если реально, наша победа – это просто жесть как неожиданно. Столько времени не играли, только три недели тренировались, причём 5 последних дней на искусственном газоне, потому что в Беларуси полей нет. Мне кажется, их футболисты сами в шоке были: «Кто нас обыграл?».

— Бесились?
— Особенно Ляказетт. Очень нервничал во втором тайме. Пас не дадут – кричит на партнёров, что-то бормочет, огрызается. Я вообще не удивился, когда его удалили. Завёлся парень.

Егор Филипенко БАТЭ - Арсенал 1:0

— А вы на спокойствии?
— Да какое спокойствие?! Все тяжёлые, без тонуса игрового, а тут соперник пятерых человек держит в линии нападения. Ну вот в первые 15 минут у них было несколько моментов, но, к счастью, пронесло, а дальше стало попроще. «Арсенал» ведь потом особо ничего не создал.

— Зато в ответной игре будет огонь.
— Конечно. «Арсенал» намного сильнее, техничнее, плюс на «Эмирейтс» не будет зимнего газона «Борисов-Арены», который мешал англичанам не хуже нас. Любому здравому человеку ясно, что 1:0 вообще нам ничего не даёт.

— Даже Глеб царём не ходит – всё-таки родной «Арсенал» победил в 38?
— Да Саня вообще не парится. Всё хорошо, готовимся, голову не теряем, по Лондону на экскурсии не ходим. Живём в 100 километрах — тут только поле для гольфа можно посмотреть и больше ничего. Не разгуляешься.

«Бавария»

— У вас есть понимание, почему БАТЭ, играя в основном белорусскими футболистами, не теряет свой уровень?
— Тоже нет. Это какое-то чудо. Вот тот же матч против «Баварии» семь лет назад был, но я его как сегодня помню. Мысль была перед игрой: «Вот сейчас нас и повозят». А потом в самом начале, когда кто-то из нас обрезал, Тони Кроос выбежал один на один, убрал вратаря, пробил в пустые. Я катился рядом, понимал, что ни за что не успею его удар накрыть, и даже успел подумать: «Сейчас залетит — и всё, конец, пятёрку нам загрузят». А мяч – бах, и в штангу. Но даже когда Саня Павлов открыл счёт, всё равно не покидало ощущение: «Ну сейчас-то нам точно накидают». А выиграли мы. Смотрел на табло, видел счёт 2:0 и думал, что это сон. После игры так радовались, так кричали. В Минске для нас специально открыли ресторан, люди обнимали, говорили добрые слова. Настоящее футбольное счастье.

Егор Филипенко БАТЭ - Бавария

— Лукашенко тогда в раздевалку заходил?
— На матчах сборной он бывал, но в раздевалке я его никогда не видел.

— Сейчас он забивает шайбы вместе с Путиным, но параллельно критикует любимый хоккей. Биатлону от него тоже достаётся. Может, как Дзюба, попросите президента переключиться на футбол?
— Да к БАТЭ у Александра Григорьевича не было никаких претензий. Он обычно жёстко всех ругает, а нас вроде даже хвалил. Другое дело, что внимание государства направлено в большей степени на сборную, а там у Беларуси не всё так радужно. Так что вряд ли победа над «Арсеналом» скажется на финансировании футбола, строительстве стадионов или решении других проблем.

Деньги

— Назовите три главные беды.
— Основная одна — деньги. По инфраструктуре высшая лига Беларуси – это российская ФНЛ или даже ниже. Понимаете, вот 21 февраля мы будем играть на великолепном «Эмирейтс», а потом вернёмся в родную лигу… Особенно «приятно» было ездить к «Нафтану» в Новополоцк. Там раздевалки ужасные, тесные, вместо туалета – очко, горячей воды практически никогда нет. Ну вот скажите, что, это всё сложно было исправить? Годами ничего не менялось, но сейчас эта команда уже в первой лиге.

— Остальные стадионы нормальные?
— У нас есть 2-3 хороших стадиона, есть неплохие арены в областных городах, но они не футбольные — как школьные будто, не соответствующие даже уровню чемпионата Беларуси. Ещё эти газоны искусственные.

— В Швейцарии кое-где тоже искусственные – и что?
— Так какого они поколения? Не древнего, наверное? Стадионы там какие классные – они ж чисто футбольные. У нас, у БАТЭ, слава богу, отличная арена — спасибо за это Анатолию Капскому. Но вы бы видели остальные стадионы – это занавес. Понимаю, что затраты серьёзные нужны, но, если хотим развивать футбол, так дальше продолжаться не может.

— Выход был когда-то: объединённый чемпионат России, Украины и Беларуси.
— С точки зрения еврокубков именно БАТЭ потерял бы, наверное. Но если бы в этом вопросе сохранилось разделение по странам, то вся страна, думаю, была бы довольна, будь мы в лиге, как минское «Динамо» в КХЛ.

— А как же местные зрители?
— Да люди всё понимают. Даже на БАТЭ в чемпионате очень редко больше 5 тысяч ходит, а кое-где болельщиков вообще почти нет. А ты, повторюсь, сегодня играешь на «Стэмфорд Бридж», а потом возвращаешься и кое-где в туалет сходить нормально нельзя. Но это наши реалии белорусские. Так вот после этого как послушаешь задачи, что нужно выходить на чемпионат Европы или мира, – диву даёшься.

— Вам не обидно, что вот есть объединённое государство России и Беларуси, но в РПЛ приходилось считаться легионером?
— А что обижаться? Я – белорус, люблю свою страну, выступаю за сборную. Тем более всё это, как я понимаю, делается для развития российских молодых футболистов. Например, если какой-то клуб пригласит белоруса, не легионера, а, скажем, меня, 30-летнего, то будет занята позиция молодого местного парня. С другой стороны, когда ты в России и играешь с лимитом – тебя боготворят, но ты приезжаешь в Европу и понимаешь, что вот он – новый уровень. То есть на родине мы цари и боги, а в Европе — никто. Хорошо, что хоть лимит отменяют с лета – у пацанов будет больше шансов заиграть в России. Меня всё это вообще не особо парит.

Гончаренко

— Но вам разве не хочется играть в РПЛ?
— Ну, в командах верхней части таблицы — да. Но зачем мне условная борьба за выживание, если в БАТЭ я играю в еврокубках, борюсь за Лигу чемпионов? Только если денег предложат намного больше – в 31 год об этом можно задуматься.

— Летом вы могли оказаться в ЦСКА, это правда?
— Что-то было: интерес, разговоры, слухи. Но если бы это предложение прозвучало, то цеплялся бы за него. Тем более нынешний тренер ЦСКА и сделал из меня футболиста.

— Как вы познакомились с Гончаренко?
— Помню, захожу в автобус на первом сборе дубля, а там сидит парень лет 30. Думаю: ни фига себе, какие взрослые ребята в «молодёжке». Оказалось, именно этот «парень» меня из академии в дубль и подтянул. А потом началось воспитание – выгонял меня с тренировок чуть ли не каждую неделю.

— Что могли натворить?
— Да вроде ничего, но ему казалось, что я фигнёй страдаю. Как только начну вальяжно отбирать мяч в квадрате, сразу прозвучат слова: «Пошёл вон отсюда». Я пару раз вообще не понимал, что произошло.

— Надо было спорить.
— Да куда?! Я Михалыча боялся больше всех на свете. Фигня, если обматерит и с тренировки выгонит, но, бывало, заставит бегать всю команду и скажет: «Виноват-то Филипенко, а страдать будете вы все». Я к нему во взрослом возрасте всё-таки решился подойти и спросить: «Михалыч, ну почему всегда я?»

— Как Балотелли.
— Ага. А он смеётся: «Ну нет смысла кричать на Иванова или Петрова – команда это не воспримет. А ты весь такой громкий, дерзкий, лидер коллектива – вот кого надо осаживать, тогда другой тысячу раз подумает, прежде чем расслабиться. Ну ты ведь не обижался, правда? Крикни я на другого – его уже не собрать было бы».

— Так вам помогало всё-таки?
— Да, конечно, помогало – с разгильдяями так и надо. Помню, тренируемся за день до дерби с минским «Динамо». И раз — Михалыч выгоняет меня с тренировки, причём вообще не по делу. Говорит: «Не подходи ко мне вообще». Ладно, обычно всё происходит в начале недели, он со мной день не разговаривает, потом вызывает в кабинет и уже с улыбкой мирится. А здесь игра на носу. Думаю, что всё, точно вне заявки, а он ставит меня в основу. В итоге я делаю голевой дубль, а БАТЭ побеждает 2:1 — Гончаренко точно что-то чувствует. Я в раздевалке ему в шутку сказал: «Может, мне теперь не надо на предыгровую ходить?

— А он?
— Да как обычно. Замахнулся и крикнул: «Иди отсюда». Я не удивлюсь, если он реально без причины меня выгнал.

— Смешно было, когда в России Гончаренко называли мягким?
— Этого вообще не понял. Я вспоминал, как он мог назвать любую фамилию и высказать игроку при всех, что о нём думает. Или как забегал в перерыве раздевалку, срывал с себя рубашку, бросал её в стену и начинал всё крушить. Это что ж тогда по меркам «Кубани» жёсткость?

— Вспомните самое яркое выступление Гончаренко.
— Как-то мы с Глебом опоздали на 10 минут ко времени, когда для нас была открыта тренировка в зале. Мы были травмированы и не думали, что это имеет такое значение. Но когда на территории базы увидели Михалыча – поняли, что дела плохи. Он кричал: «Вы какого чёрта здесь делаете? Валите отсюда!». Глеб вроде пытался сказать что-то про ГАИ (а так и было, нас остановили), но его не слушали. Представляю его реакцию: человек поиграл в «Барсе», «Арсенале», а сейчас его тупо в зал для занятия не пускают, ещё и кричат. Но Саня парень хитрый, просто так не сдался — и мы решили зайти с другой стороны. Так Гончаренко специально отправил доктора, чтобы тот посмотрел, а не занимаемся ли мы. В итоге – запретил. Когда Михалыч заводится — очень опасный.

— Глеб обиделся – в «Барселоне» ж такого не было?
— Да вы с ума сошли? Во-первых, Саня – отличный парень, с чувством юмора. Во-вторых, на Гончаренко невозможно обижаться, потому что он всё это делает любя и от души. Каждый футболист это понимает. И я читаю сейчас интервью настоящих или бывших футболистов ЦСКА — и не встречаю, чтобы кто-то сказал что-то плохое о Михалыче. Все его действия последовательны, он всегда говорит в лицо и никого не обманывает.

— Он – топ-тренер?
— Думаю, да. Очень хочу, чтобы он выиграл чемпионство с ЦСКА и уехал куда-нибудь в очень сильный европейский клуб. А пока говорю ему: «Михалыч, пожалуйста, учите английский».

Егор Филипенко Спартак

«Спартак»

— Я правильно понимаю: вы, бывший игрок «Спартака», который желает чемпионства ЦСКА?
— Стоп, я желаю чемпионства Виктору Михайловичу Гончаренко – главному тренеру в моей жизни. А «Спартак» есть «Спартак», великий клуб, где таких, как Филипенко, было много.

— Я недавно общался с Черчесовым, и он сказал, что у вас потенциал серьёзный был.
— Был – ключевое слово. Это шутки, конечно, но я не понимал, откуда «Спартак» взялся. Ну, какой-то парень из Беларуси только вылез из дубля, провёл первый сезон в основе, начал вызывать в сборную вызываться – и тут сразу такой интерес. Когда агент позвонил и сказал: «Тобой интересуется «Спартак» — я даже значения не придал. «Да там за миллионом таких наблюдают», — говорю. Он: «Нет, всё серьёзно, на игру хотят приехать». Причём это был чемпионский матч, и меня предупредили, чтобы даже думать не мог о шампанском. В общем, встретились с Черчесовым и Смоленцевым, договорились, и я тут же, в ноябре, отказавшись от отпуска, поехал в Москву.

— Что-то помните из того времени?
— Да толком ничего. Как в космос отправился. Какие-то обрывки.

Егор Филипенко Спартак

— Вы были в «Спартаке», когда Черчесов не заявил Торбинского на решающий матч с «Сатурном»?
— На матче я был, но ещё не с командой, узнал обо всём потом. Помню, ходил с открытым ртом по Тарасовке – вот Титов, Павлюченко, Калиниченко.

— Но в новом сезоне начали играть, в дебютном матче обыграли в гостях «Рубин» 3:0.
— Черчесов доверял, но мешала нестабильность. Два матча хорошо, третий средне, четвёртый – плохо. В «Спартаке» ты всегда должен быть в топе, поэтому респект Черчесову, он позвал и честно сказал: «Следующий матч ты играть не будешь, всё нормально. Взрослей, доказывай – и всё будет хорошо».

— Почему не доказали?
— Во-первых, убрали Черчесова, который меня звал и рассчитывал как на игрока. Пришёл новый человек с новыми взглядами на футбол – и я перестал играть. Из-за этого снизил к себе требования и стал менее профессионально относиться к делу. Сегодня есть настроение — тренируешься, завтра — обозначаешь присутствие. Мог полночи играть в компьютер, переписываться, фильмы смотреть или сидеть в ресторане, а утром рано идти на тренировку. Такое отношение к делу – моя главная ошибка.

— Вас тоже загубили деньги?
— Да какие деньги, хорош! В БАТЭ у меня была зарплата 500 долларов в месяц, в «Спартаке» стала 5 тысяч. Обычный контракт молодого футболисты — что ты на них, суперкар купишь? Мне, честно говоря, на сумму наплевать было, хотелось быть в «Спартаке». В том же «Днепре» давали в три раза больше, но я выбрал имя клуба.

— Говорите, что на вас и на команде сказалось увольнение Черчесова – он правда был хорош?
— Он был харизматичным, интересным, сильным – со всеми общался, поддерживал контакт. Да, был небольшой провал, 1:4 от Киева, 1:5 от ЦСКА, началась перестройка состава, ссылка в дубль Титова и Калиниченко…

— Как это преподносилось?
— Никак. Просто вывели их из состава, ничего не объясняя. Мы были в шоке от этого решения, но сами особо ничего не знали. Это было решение тренера.

— Когда Черчесова убрали, стало лучше?
— Ну посмотрите на результаты. «Спартак» с 3-го места и 4 очков отрыва от лидеров начал падать вниз. Лучше не стало.

Станислав Черцесов тренер Спартака 2008 год

Лаудрупа многие называют совсем слабым тренером.
— Это не мне судить, но, как мне показалось, контакта с командой у него просто не было. Человек только с некоторыми легионерами на одном языке мог пообщаться, с русскими ребятами вообще не разговаривал. Конечно, в квадрате он был лучшим, но вряд ли это ключевая характеристика для тренера.

— При Карпине вы тоже почти не играли.
— Только пару матчей, а в остальном ездил по арендам. С Карпиным никогда проблем не было, разве что в первые дни он казался немного высокомерным, вальяжным, пренебрежительным. Но со временем я понял, что это просто его нормальная манера общения. Карпин правда мог пошутить, но чтобы грубо – никогда.

— Но с Дзюбой они не ужились.
— Артём – единственный, кстати, с кем мы из того «Спартака» переписываемся. Я их конфликта с Карпиным не застал, но, думаю, у обоих есть что-то общее в характере. Они сильные и всегда хотят побеждать. Помню, после матчей в выходной день могли играть в «дурака» или любую другую игру, а Дзюбе кровь из носу хотелось выигрывать. Артём к себе всегда относился как к человеку особенному – и это помогало ему на протяжении всей карьеры. Помню, мы с ним впервые пересеклись в матче «молодёжек», когда играли Россия и Беларусь. Мы тогда их обыграли и вышли из группы, а Дзюба с командой поехал домой. Потом мы вспоминали эту игру, и Артём пошутил: «Да тренер меня не выпустил, потому что сказал, что белорусов слабых даже без Дзюбы обыграем. Так что вам просто повезло». Я ещё по тому турниру его запомнил: талантливый, здоровый и весёлый парень был.

— Даже Дзюба тоже не смог стать легендой в «Спартаке». Сейчас можете дать совет молодым парням, которые попадают в большой клуб?
— Время в «Спартаке» — это воспоминание, которое останется навсегда. И мне очень жаль, что не воспользовался шансом. Когда я вернулся в БАТЭ, то услышал от Гончаренко очень важную фразу: «Егор, если ты думаешь, что у тебя очень много времени, то ошибаешься». Я реально так и думал, что я ещё молодой, тут не получилось — ничего страшного, ещё будет время. Но, ребята, время бежит очень быстро, надо использовать каждый шанс, не опускать руки, перебарывать себя, только тренироваться и работать.

— Вам принадлежит ещё одна фраза о «Спартаке»: игроки и тренеры меняются, а клуб стоит на том же месте. Что имели в виду?
— Ну если такая команда, как «Спартак», 16 лет не может взять чемпионство, значит, смотреть надо куда-то выше, на всю структуру клуба. За один сезон и одну команду может быть ответственен тренер, а не дающую результат систему всё-таки выстраивает руководство клуба.

Европа

— Анатолий Капский смог построить большой клуб даже в Беларуси.
— У меня много воспоминаний о нём – и только положительные. Этот человек для белорусского спорта и в частности для БАТЭ сделал очень много. Помню, когда был в Испании, после моей первой игры в основе, я зашёл в раздевалку, взял телефон, и одно из первых сообщений было как раз от Анатолия Анатольевича. Он поздравил меня, сказал, что переживал. Мне было очень приятно, что такой человек поздно вечером нашёл время, смотрел эту игру. Если честно — тогда написали мама, папа и Капский.

— Как вы реагировали, когда и его, и Гончаренко, и вас жёстко атаковал Василий Уткин?
— Да какая реакция?! Такие люди как Вася должны быть. Да кого в мире футбола Уткин не мочил, скажите мне? Кажется, клуб даже писал ему письма, чтобы как-то успокоить критику, а я всегда с Уткина угорал. Он в России вообще над всеми издевается, и эти статьи очень интересно почитать. Просто относиться к его словам нужно не как к оскорблению, а как выходу стенд-ап комиков что ли. На них же никто не дуется. Ну сказал Уткин гадость, а нам-то что?! Мы ж не провалились, не начали проигрывать, как он предполагал.

— Так-то в сухом остатке, вы – редкий славянский ЦЗ, который поиграл в топовом чемпионате. Откуда пришла «Малага»?
— Думаю, матчей Лиги чемпионов насмотрелись, поняли, что вот есть парень бесплатный. Они ж в основном подписывают свободных агентов или берут игроков в аренду, чтобы ничего не платить. А я к тому моменту в БАТЭ был уже 4 года и понимал, что подобного шанса больше не будет. Капский всё знал и нормально относился: «Егор, если не выгорит, всегда рады видеть тебя здесь».

Егор Филипенко Малага

— Денег много предложили?
— Да куда там! Как в очень-очень среднем клубе РПЛ. Тысяч 200-250 долларов в год. Вроде был интерес со стороны «Фенербахче», где условия могли бы на порядок выше, но я бы себе отказ от Испании не простил. Все-таки 26 лет, нужно было смотреть выше.

— Отношение к футболу изменили?
— Полностью. В первый же день потребовал учителя по испанскому и мучил клуб, пока мне его не выделили. Ложился спать до полуночи, утром тренировался, днем отдыхал, вечером – гулял на свежем воздухе. Лишнего не ел, алкоголь не употреблял. Наконец-то допёр, что надо становиться профи.

— И как, сразу помогло?
— Я ж приехал зимой, после травмы и по ходу их сезона. Команда был в топ-форме, а я в ужасной. Из меня сразу начали клоуна делать, обыгрывали как столба, в квадрате аж шея хрустела. В Испании техника на топ-уровне. Глеб мне тоже потом рассказывал о переходе из «Арсенала» в «Барселону»: «Хави, Месси и Иньеста, такое творили, что мы с Анри только бегали и переглядывались». Вот и я бегал, правда, в клубе попроще. Но летом, во время турне, уже начал прибавлять просто на глазах – чувствовал, что могу играть в основе.

— А почему ушли?
— Новый тренер, новые молодые игроки и ощущение, что цепляться за топ-клуб уже не смогу. Меня в то время Йорди Кройф зазывал в Израиль, я отказывался, пока как-то не назвал хорошую сумму. Он сказал: «Ок» — и всё закончилось.

— То есть, деньги всё-таки победили?
— Я их никогда не выбирал. В «Спартаке» был маленький контракт. В БАТЭ огромных сумм не было, в «Малаге» тоже. Исполнялось 28 лет, пора было подумать о будущем. Израиль был как раз тем вариантом. Кстати, там отличный чемпионат. Технологии, классные стадионы, болельщики, которые «топят» помощнее, чем в России. Я получал удовольствие.

Жизнь

— В «Маккаби» вы играли совсем недолго. Откуда у вас взялось израильское гражданство?
— Прабабушка еврейка. По закону я последний, кто может получить гражданство. Пока, кстати, паспорт ещё не делал, так что информация неверная.

— Но у вас сознание какое: славянское или европейское?
— В голове скорее европеец. Но мне тяжело оценивать, потому что живу хорошо. Есть хорошая зарплата, любимая семья, возможности – играю в футбол и ни в чём не нуждаюсь. Но я патриот на 100 процентов, люблю свою страну и не представляю свою жизнь в другом месте.

— А в чём тогда сравнение с европейцем?
— Мне кажется, что в России и Беларуси, возможно, из-за климата, непростой жизни, тяжёлой работы — человек иногда озлоблен. Не может или не умеет радоваться чужим успехам и, напротив, любит втоптать в грязь, если кто-то более-менее известный оступился.

— В вашей жизни бывало, когда оскорбляли в лицо?
— В лицо – нет, на сайте ж проще написать. Обыграли кого-то – «случайно, всё равно лохи». Проиграли – «уроды, гнать всех надо». Мне не то что бы обидно. Просто грустно от людской злобы и желания бросаться говном.

— А футболисты разве не дают повода: возьмём тех же Кокорина и Мамаева?
— Даже у нас были примеры, когда ребята-футболисты выходили из караоке, подрались, а потом тоже сидели в СИЗО три месяца. Один из минского «Динамо», помню. Да, так бывает, но то же самое происходит и с представителями других профессий.

— Есть масса других случаев, когда футболист считает себя привилегированным – так что движение-то обратное.
— Все зависит от воспитания каждого человека. Нельзя, например, набрасываться на всех представителей профессии, если один человек когда-то с кем-то вёл себя плохо. А сейчас вокруг футболистов происходит какая-то особенная чернота, будто ничего другого рядом нет. Мажоры на тачках кого-то давят, дети депутатов не пойми чего творят, но за футболиста зацепиться проще и безопаснее всего. Те же Кокорин с Мамаевым поступили плохо, но это была обычная драка, держать за которую 6 месяцев в СИЗО – просто бред. Как любой нормальный человек осуждаю ребят, но желаю им суметь вернуться в футбол.

Итог

— Лично вы снова в БАТЭ: на этот раз это опять временное пристанище или возвращение домой?
— Вот в 20 лет приезжал сюда, потому что понимал – никому больше не нужен. Можно это считать разочарованием. Сейчас же я вернулся в родной клуб, где всех знаю, люблю и получаю удовольствие. Мне уже не 25 лет. В 31 амбиций не то что меньше, просто понимаешь, что вот есть другая жизнь, есть семья.

— Как считаете, у вас получается хорошая карьера?
— Если открыть трудовую книжку посмотреть, то всё очень интересно. В 18 – уже в «Спартаке», потом появляется чемпионат Испании, победы над «Баварией», «Арсеналом», в сборной сыграно больше 50 матчей игр. Мало кому это удавалось в наших странах, но, это только оценивая по пунктам. А вот если брать по содержанию, то всё не так, как хотелось. Даже в «Малаге» всех шансов не использовал. Поэтому если кто-то из молодых дочитает до конца, то я ещё раз повторю фразу Гончаренко про время. Это надо помнить: ценить каждый день и цепляться за любой шанс.

Автор: «Чемпионат» 18.02.2019.