Торбинский Дмитрий Евгеньевич - 6 16 - игроки 2007 - clubspartak.ru

Несмотря на всю свою благодарность "Спартаку" - убежден.

Я долго думал, прежде чем принять это решение, одно из важнейших в моей жизни. Думал, конечно, и о том, что футбол сейчас стал бизнесом, и деньги определяют многое. Но для меня главное - не деньги, а отношение.

Все говорят: рвач, погнался за деньгами. Я себя рвачом не считаю. Но думаю, что отношение клуба к тебе выражается в том числе и в твоих финансовых условиях.

Меня в "Спартаке", считаю, не оценивали вообще.

Я молчал и работал. Мне многое не нравилось, но я понимал, что это не должно отражаться на моем отношении к футболу и к команде. В клубе мне говорили: "Tы должен не получать деньги, а зарабатывать их". Считаю, что на данный момент в "Спартаке" я зарабатываю деньги своим трудом. Но почему-то не получаю...

Еще в клубе мне твердили: "Ничего не бывает сразу, все приходит постепенно". Но ко мне эта фраза имеет самое прямое отношение! У меня-то ничего не было сразу! Я очень долго терпел и в конце концов достиг определенного уровня, когда, полагаю, имею право сказать свое слово.

Держу ли я зло на Шавло? Наверное, нет. Да и на Федуна зла не держу - мне просто обидно, что так ко мне отнеслись. Шавло сам играл в "Спартаке", знает, что это за команда. Просто у него такая должность, что волей-неволей он должен придерживаться принципов, которые диктует хозяин. Не хочу обсуждать личные качества Шавло, но, хотя в наших отношениях не все было гладко, решает все в "Спартаке" по большому счету не он. А значит, обвинять в случившемся генерального директора бессмысленно.

Торбинский полузащитникПо большому счету на протяжении многих лет в "Спартаке" в меня верил только Федотов. Думаю, поверил и Черчесов - еще до того, как стал главным тренером. Просто, когда он был спортивным директором, от него мало что зависело. А когда его назначили на тренерский пост, было поздно - я уже определился.

Может быть, если бы весной от Черчесова в клубе зависело столько, сколько сейчас, все сложилось бы по-другому...

Решение для себя я к тому моменту уже принял. Не на бумаге, а в голове. Мне требуется много времени, чтобы все обдумать. Но если я уже что-то для себя решаю, то окончательно и бесповоротно. Произошло это в конце весны. Когда я до конца понял, что в меня здесь не верят...

Зарплата у меня даже в этом году была, по футбольным меркам, такая, что самому клубу было стыдно назвать вслух истинные цифры. Шавло в интервью утверждал, что у меня оклад - десять тысяч долларов.

На самом же деле - пять...

Слышал я и аргумент, что в прошлом сезоне у меня было ноль голов и столько же результативных передач - и как, мол, с такими показателями можно давать человеку хороший контракт? Что ж, это лишнее доказательство, что клуб в меня не верил. Гусу Хиддинку-то эти "ноль плюс ноль" не помешали перед матчем с Македонией прошлой осенью пригласить меня еще с несколькими молодыми игроками на смотрины...

Тогда я это воспринял как аванс. А вот этой весной все уже было по-другому: я понимал, что действительно хорошо начал сезон, и Хиддинк не просто включил меня в число приглашенных, но и выпустил в стартовом составе в Таллине, в официальной игре.

Картины я, как мне кажется, не испортил. Кстати, если в "Спартаке" всегда играл слева, то в сборной меня поставили на ту позицию, где выступал с детства, - в центре поля. Может быть, тут сказал свое слово помощник главного тренера сборной Александр Бородюк, который знает мои возможности.

Тогда, весной, у нас с клубом были переговоры. Я просил фиксированную зарплату - 500 тысяч в год. Мне предлагали 250, а далее - по некой нарастающей шкале. Меня это не устраивало. Хотя мы почти и не общаемся с партнерами по сборной на денежные темы, но в целом представление, кто сколько зарабатывает, у футболистов есть.

Поймите правильно: не в количестве нулей дело. А в унижении. И в том, что так в "Спартаке" относятся к своим - к ребятам, которых не надо ниоткуда покупать и ничем переманивать.

Все это длилось довольно долго. Наконец, в начале апреля, сразу после весенней победы в гостях над будущим чемпионом "Зенитом" - 3:1, - меня пригласили в кабинет к Шавло.

Я был абсолютно уверен, что наконец-то могу рассчитывать на адекватную оценку собственного труда.

А прозвучал очередной промежуточный, неопределенный вариант.

И тогда я просто встал и ушел. В конце концов, у меня есть чувство собственного достоинства.

Тогда все и решилось. Скажу честно: если бы они в тот момент ответили "да", я бы, конечно, остался. Мне было бы элементарно неудобно отказаться - хотя к тому времени я уже понимал, что в других клубах мог бы зарабатывать больше. Но я сам такие условия просил, а потому новый контракт со "Спартаком", согласись клуб на него сразу, был бы подписан.

Потом мне рассказывали, что они срочно созвонились с Федуном, получили от него добро на мои условия. Но когда вернулись - было уже поздно. Потому что я ушел и принял для себя окончательное решение.

Прокручиваю все эти события в своей памяти и лишний раз убеждаюсь, что люди в меня попросту не верили. Хотя мы достаточно долго работали вместе, и они должны были меня хорошо знать. Однако сначала только один Федотов, а потом еще и Черчесов полагали, что я действительно способен на какой-то качественный скачок.

Но решение принимали не они.

* * *

Торбинский полузащитникЕсли бы не Федотов, я ушел бы еще зимой. У меня были предложения - меня, например, хотели купить "Рубин" и "Томь". Я хотел играть в футбол, и были мысли уйти туда, чтобы подобно Паше Погребняку себя зарекомендовать, а потом выйти на какой-то новый уровень. Руководство "Спартака" было не против меня продать - у нас был разговор с техническим директором Смоленцевым. Но он сказал, что последнее слово - за главным тренером. А Федотов был категорически против моего ухода. "Нет, ты остаешься, и это без вариантов", - сказал мне Владимир Григорьевич.

Честно говоря, вначале я на него за это злился. Поскольку мало верил, что в "Спартаке" буду регулярно играть. Это было сразу после отпуска, перед первым предсезонным сбором.

Обиделся ли я на Федотова, обвинившего меня в поражении от ЦСКА в финале Кубка Первого канала? Нет, поскольку понимал, что это все эмоции. На следующий день уже все было нормально. Да, меня удалили, но внутри я чувствовал удовлетворение от самой игры. Было твердое ощущение, что, выйдя на замену, я реально помогал команде. Да, ошибся - но удаление было за две минуты до конца дополнительного времени и не могло ни на что по-настоящему повлиять... Повторяю: первая реакция Федотова была вызвана эмоциями, а наутро уже ничего подобного не было. Так часто бывает...

Моя контрактная ситуация развивалась долго, и решение, которое я принял, не было спонтанным. Все началось еще после того, как в середине 2005 года вернулся из челябинской аренды и попросил элементарные условия. Например, полторы тысячи долларов в месяц на съемную квартиру. Но мне отказали и в этом. Начали мяться: "Мы все понимаем, но..." Я остановил их: "Хватит, мне все ясно".

Та ситуация меня вообще убила. До аренды в Челябинск у меня в "Спартаке" была зарплата две тысячи долларов. А в Челябинске - три плюс премиальные, потому что там я играл и был одним из лидеров. Назад в "Спартак" ехал, как мне казалось, кое-что доказав.

"Спартак" ведь мог тогда меня вообще потерять, потому что у клуба как раз шел "раздел имущества" с Юрием Перваком, и неожиданно оказалось, что я нахожусь в Челябинске не в аренде, а на полноценном контракте.