Крутиков Анатолий Федорович - 3 8 - Сборная игроков - clubspartak.ru
- Поставлю сразу два вопроса, они в какой-то степени взаимосвязаны. Первый: считаете ли вы, что грубость идет от характера футболиста или главную роль играют другие причины? И второй: довлеет ли над футболистом в ходе игры страх наказания?
Крутиков защитник - Отвечу вопросом на вопрос: испытывали ли когда-нибудь, по-вашему, страх наказания перед выходом на поле Григорий Федотов, Никита Симонян, Анатолий Ильин, Константин Бесков, а позже Слава Метревели, Муртаз Хурпилава, Альберт Шестернев? Уверен, что нет. Все, кого я назвал (к ним можно прибавить еще десятки игроков),- спортсмены не только высокого класса, но и высокой человеческой порядочности.

Конечно, футболист, который, положим, был дисквалифицирован на одну или больше игр, выходит на поле с некоторой опаской, ведет себя осторожнее. Страшит мысль, что один пагубный шаг бесповоротно утвердит в глазах зрителей и судей его дурную репутацию. Разумеется; на него влияют внушения тренеров и товарищей по команде - не разнос, а именно внушения, причем такие, которые дали провинившемуся почувствовать, что они продиктованы исключительно заботами о его судьбе. Впрочем, были и есть игроки, для которых любые внушения - пустой звук.

Идет ли грубость от характера? В какой-то степени да. Встречаются футболисты от природы вспыльчивые, неуравновешенные, после игры они казнят себя, мучаются, а совладать с собой вроде бы не могут. Я сказал "вроде бы", потому что характер, на мой взгляд, футболисту можно тренировать. Основное же все-таки не в характере, а в невоспитанности.

- Есть игроки, которые во время матча портят настроение товарищам по команде бесконечными поучениями, придирками, подсказками, препирательствами с судьями...
- Да, есть, в том числе, что скрывать, и у нас, в "Спартаке". И не со зла ведь из добрых побуждений. Но сами того не ведая, только зря нервируют нас. Бубнят, бубнят: "Не туда отдал" да "Куда смотрел?" и т. п. Я не буду называть фамилии, поскольку, в общем-то, это дело внутреннее. Но одну назову, потому что человек, носящий эту фамилию, заслуживает подражания. Наш капитан Галимзян Хусаинов никогда и никому ничего не говорит, но больше всех бегает, в этом и состоят его подсказки и поучения.

Хусаинов сам вежлив с судьями и одергивает каждого, кто пытается им прекословить. Я тоже стараюсь не вступать в полемику с арбитрами, хотя, честно говоря, иные из них порой такие допускают грубые ошибки, что чуть не до слез бывает обидно. Но сдерживаешься...

- Что вы скажете о взаимоотношениях со зрителями?
- Зритель не всегда бывает прав. Но считаться с ним - наша святая обязанность. Не со свистом, понятно, не с выкриками, а с его бескорыстной любовью к футболу. Начальник нашей команды Николай Петрович Старостин всякий раз напоминает перед матчем: "Мы не просто футболисты, мы еще и носители культуры, и оценивать любого из нас зрители будут не только как игрока, но и как человека".

Футбол - наше любимое дело, и мы стараемся показать зрителям все лучшее, что знаем и можем. Конечно, хотеть - это не всегда мочь. Но если бы на трибунах, перед которыми мы предстаем всего на полтора часа, знали, сколько трудового пота проливают футболисты на тренировках, каких затрат физической и нервной энергии стоит им каждый матч, то среди зрителей, наверное, не нашлось бы таких, кто несправедливо и необъективно к нам относился бы.

- Теперь о взаимоотношениях игроков и тренеров.
- Вопрос деликатный. У меня, например, было столкновение с одним тренером. Он решил перевести меня в нападение. Я сопротивлялся, как мог, убеждал, доказывал. Он, тем не менее настаивал. И мне пришлось уйти из команды. Тяжело было, но другого выхода я не видел.

Вообще же авторитет тренера должен быть непререкаем. Но и тренеры встречаются разные - это не мое открытие. Если тренер груб, малокультурен, он не завоюет авторитета.