Комбаров Кирилл Владимирович - 10 17 - игроки 2010 - clubspartak.ru

 Кирилл и Дмитрий Комбаровы. Плечом к плечу 
КИРИЛЛ И ДМИТРИЙ КОМБАРОВЫ. Новобранцы «Спартака» назначили встречу неподалеку от… стадиона «Динамо». Мелькнула мысль, мол, преступников всегда тянет на место злодеяния. Хотя, с другой стороны, при чем здесь братья? У них нет оснований испытывать вину перед прежним клубом: честно оттрубили в нем и вернулись туда, откуда, собственно, и стартовали в большой футбол…

Застрявший в пробке Дмитрий перезвонил с дороги и попросил начинать разговор без него, поэтому сперва Кирилл отдувался за двоих.

ЧТО В ИМЕНИ ТЕБЕ МОЕМ?
— Вы ведь старший, Кирилл? Вам и карты в руки.

— Ну да. На пятнадцать минут раньше Димы появился на свет.

— Младший, наверное, с детства не соглашался на вторые роли?

— В любой семье братья и сестры спорят за лидерство, тем более близнецы. Конфликтовали постоянно, дня не проходило, чтобы не дрались. Стоило не поделить какую-нибудь ерунду — и понеслось. Нормально! Так закаляются характеры. Мы ведь бились не насмерть, через пять минут мирились и продолжали играть вместе, словно ничего и не случилось.

— Родители наказывали обоих?

— Всегда. Они не разбирались, кто больше виноват или первым начал, всыпали одному и другому. Чтобы неповадно было. Отец мог и ремнем врезать, и подзатыльник отвесить. Он у нас строгий, приучал к дисциплине, но мы по-прежнему регулярно выясняли отношения на кулаках. Это продолжалось, наверное, лет до пятнадцати, пока не перебесились, не поумнели… А как иначе, если день и ночь рядом находится человек, похожий на тебя, словно две капли воды? Нас одевали одинаково, подарки делали парные, чтобы не ссорились и не завидовали друг другу. Мы даже спали на одной кровати, правда, двухъярусной. Я — внизу, Димка — вверху… Когда подросли и стали ездить за тренировочные сборы, тоже всегда жили вместе. И сегодня так.

— А в детстве играли за разные команды?

— Вдвоем нам было интереснее. Придумывали всякие комбинации и нестандартные ходы, веселились и куражились от души. А если ставили друг против друга, сразу начиналась жесткая заруба…

— Характерами вы похожи?

Комбаров Кирилл полузащитник— Все, кто хорошо нас знает, говорят, что я шебутной, а Дима поспокойнее. Со стороны, наверное, виднее. Мы оба общительные, компанейские. Было время, чуть ли не весь класс ходил в приятелях. До сих пор поддерживаем товарищеские отношения с ребятами, с которыми тренировались в спартаковской школе, хотя с той поры прошло много лет. Случались и неприятные эпизоды. Попадались люди, пытавшиеся каким-то образом использовать нас в корыстных целях, но со временем мы научились отличать лицемерие от искренности.

Спорт помогает быстрому взрослению, а папа рано стал приобщать нас к физкультуре. Чем мы только не занимались — и гимнастикой, и акробатикой, и карате, и ушу, и борьбой. В футбол играли лет с четырех. Сначала во дворе, потом записались в школу «Спартака». Жили в Домодедове, на дорогу в Сокольники уходило часа два, не меньше. Вставали в шесть утра, завтракали на скорую руку и ехали на другой конец географии вместе с мамой. Сначала на автобусе, потом на электричке, метро и трамвае… У нас в семье была машина, но на ней работал отец. Он занимался частным извозом, держал торговые палатки. Посторонних не привлекал, сам все делал. Сейчас оглядываюсь и понимаю: жили тяжело, но никто не жаловался. Кроме футбола лет с девяти регулярно посещали секцию кикбоксинга. Так отец решил. Он хотел, чтобы мы в любой ситуации могли постоять за себя. Тренировки боксеров проходили в Подольске, нас туда отвозил отец. Получалось, мы целый день мотались с одного занятия на другое. К вечеру еле ноги волочили…

— На общеобразовательную школу оставалось время?

— Читали учебники в электричках, домашние задания делали на коленках. А как иначе? Первые три класса отучились в Домодедове, потом перевелись в частную школу – по-другому не успевали, а с шестого класса нас взяли в спартаковский интернат, куда ходили и другие ребята из команды. Не скажу, что мы были самыми прилежными учениками, но тут уж пришлось выбирать — спорт или учеба. Слишком большие нагрузки выпадали.

— В какой-то момент вы ведь едва не изменили футболу с кикбоксингом?

— На ринге неплохо получалось, мы выигрывали почти все бои, а если и терпели поражения, то друг от друга…

— Когда в последний раз вне спортзала показывали навыки владения боевыми искусствами?

— Даже не вспомню. Стараемся избегать конфликтных ситуаций, чтобы не применять приемы не по назначению. Нас ведь не для того им учили. Как говорит отец, лучшая драка — ее отсутствие… А тогда, в 2001-м, тренер по кикбоксингу пригласил нас в сборную России. Папа сказал, что последнее слово за нами. Мы с братом спосовещались и остановились на футболе. О чем с тех пор ни разу не пожалели.

НАКОЛКА СО СМЫСЛОМ

— Но в четырнадцать лет вы ушли из школы «Спартака». Читал интервью, кажется, четырехгодичной давности, где в один голос с братом утверждаете, будто не питаете теплых чувств к красно-белым. Дескать, что было, то прошло.

— Не помню столь категоричных заявлений. Хотя, конечно, детские обиды живут долго. В какой-то момент с нами поступили не слишком красиво, надолго усадив на скамейку. Тренер сказал: «Ждите». Выпускал иногда на замену минут за пятнадцать до конца матча. Так продолжалось почти год. В итоге мы не выдержали, объяснили, что хотим играть, а иначе уйдем. Удерживать нас не стали. Покидать «Спартак» очень не хотелось – все-таки девять лет ему отдали, но ситуация требовала. Как развиваться в спорте, сидя на лавке? Возраст-то переломный. На окончательное решение во многом повлиял отец, мы, может, и подождали бы, пока тренер обратит внимание, а папа рубанул: «Раз так – уходим». Он мечтал стать профессиональным футболистом, на самый высокий уровень, правда, не вышел, но в какой-то момент выступал за спартаковский дубль, играл в командах второй лиги чемпионата СССР. Конечно, отец хотел, чтобы сыновья добились большего. Вроде бы получилось, хотя нам еще расти и расти…

— После ухода из спартаковской школы вы сразу прибились к динамовской?

— Сначала пошли в «Академику», но там выбрали одного, а мы хотели тренироваться вместе. В «Локомотиве» забраковали обоих. А вот в «Динамо» взяли. Постепенно освоились в Петровском парке, прижились. Через пару лет нас уже привлекали к матчам КФК, потом перевели в дубль…

— Дмитрия первым стали выпускать в основе. Ревновали, наверное, меньшого?

— Старался изо всех сил, чтобы тоже попасть в состав. Рвался в бой, но в команде была высокая конкуренция, пришлось завоевывать место под солнцем.

— У вас на правой руке выколота буква «Д».

— Это в честь брата. Выше и слово есть — Brother. У Димы такая же татуировка, только литера другая — «К». Меня ведь назвали в честь деда по отцовской линии, а брата — по материнской. Мы давно хотели сделать подобные наколки, но не могли выбрать рисунок и текст, а год назад поехали в студию тату — и вот. Видите?


— Что-то вроде братского подарка?

— Типа того. Хотя мы с детства ничего не дарили друг другу. Почему-то так у нас в семье повелось. Хотя недавно Дима оплатил мое свадебное путешествие на Маврикий. Я женился на Кате этим летом, пока в чемпионате России была пауза из-за мирового первенства в ЮАР. Планировали двенадцатидневную поездку, но прилетели на остров – а там погода совсем испортилась, и мы испугались: вдруг надолго? Чтобы не рисковать отпуском, поменяли билеты и через восемь дней улетели в Париж, где в то время находились Дима и его девушка Таня. Брату я заранее ничего сообщать не стал, зато связался с Жаком, нашим товарищем, с которым мы познакомились, когда несколько лет назад приезжали во Францию в составе молодежной сборной. Жак заказывал для Димы гостиницу, он же встретил нас в аэропорту и отвез на место. Стучу в номер, брат открывает дверь – стоим мы с Катей. У Димки от изумления глаза стали, как шары. Хлопает ресницами, понять ничего не может: откуда вы тут? Сюрприз!

ФОКУС УДАЛСЯ
— Недавно вам удался еще один фокус. Правда, на этот раз вы удивляли вместе с братом, когда заявили о переходе из московского «Динамо» в «Спартак».

Кирилл Комбаров первый матч за Спартак смотрел с трибуны— Поверите ли, и для нас с Димой это стало неожиданностью. Все случилось стремительно, буквально за неделю. Может, и раньше велись какие-то разговоры, но мы о них не слышали, пока наш агент Павел Андреев не сообщил: так, мол, и так… Посидели, подумали, встретились с главным тренером «Спартака» и… согласились.

— С Карпиным раньше общались?

— Нет, познакомились недели три назад. Прежде не пересекались.

— В «Динамо» переговоры не афишировали?

— Объявили в последний момент.

— Кто-нибудь из бывших одноклубников сказал вам: «Бу-у-у»?

— Ребята отнеслись абсолютно нормально. Это футбольная жизнь. Одни игроки приходят, другие уходят. Так было, есть и будет. В последний вечер мы пригласили команду в ресторан, вместе поужинали, попрощались и разъехались в разные стороны. Были все, кроме Воронина и Габулова, – они в тот день улетели из Москвы.

— Божовича тоже звали?

— Нет, только футболистов. С тренером после перехода мы не разговаривали, но у него не должно быть оснований для обид. Иногда в карьере случается заминка и нужен решительный шаг, чтобы преодолеть ступор, выйти на качественно иной уровень. Все понимают: переход в «Спартак» — серьезный вызов для нас.

— Или возвращение на круги своя? Может, вы, братья, как Анна Чапмен, были агентами под прикрытием? Внедрились в бело-голубой стан, но в душе оставались красно-белыми.

— Провокационный вопрос! Вот Дима пришел, пусть он на него отвечает. ( начало интервью, окончание здесь).

Автор: "Советский спорт.Футбол" № 33 24-30.08.10.